Практика использования полиграфа в уголовном судопроизводстве России / Статьи / Национальная Коллегия Полиграфологов
Практика использования полиграфа в уголовном судопроизводстве России


Комиссарова Ярослава Владимировна, доцент кафедры криминалистики Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), главный редактор федерального научно-практического журнала «Эксперт-криминалист», кандидат юридических наук, доцент, член Британской и Европейской ассоциации полиграфологов, почетный член Евразийской ассоциации полиграфологов
Komissarova Yaroslava Vladimirovna, PhD, docent, Associate Professor of the Criminalistics Department in the Kutafin Moscow State Law University (MSAL), Editor-in-chief of the Federal science-practice journal "Forensics analyst", Member of the British & European Polygraph Association, Honorary Member of the Eurasian Polygraph Association

Хамзин Саид Рушанович, специалист-полиграфолог, член Американской ассоциации полиграфологов, член Британской и Европейской ассоциации полиграфологов 
Khamzin Said Rushanovich, Polygraph Examiner, PCSOT Certified Member of the American Polygraph Association and British & European Polygraph Association


Аннотация. Кратко изложена история производства в России судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа. Дано понятие полиграфологии как междисциплинарной области знания. Сформулированы задачи, выносимые на разрешение полиграфолога при участии в уголовном судопроизводстве в качестве эксперта. Описан алгоритм формирования выводов эксперта-полиграфолога. Указаны некоторые логические ошибки, допускаемые полиграфологами при формулировании выводов по результатам исследования. Дифференцированы понятия «достоверность» и «истинность» применительно к проведению судебных экспертиз с применением полиграфа по уголовным делам.

Ключевые слова: исследование с применением полиграфа, полиграфология, уголовное судопроизводство, эксперт-полиграфолог, экспертная версия, достоверность выводов эксперта.

Сегодня в России, как и во многих других странах мира, полиграф достаточно активно используется:

а) при осуществлении оперативно-розыскной деятельности в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, регламентирующего данный вид деятельности;
б) в ходе судопроизводства в соответствии с требованиями процессуального законодательства Российской Федерации;
в) при поступлении на государственную службу (в том числе военную) и ее прохождении в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации;
г) при регулировании трудовых и иных, непосредственно связанных с ними, отношений в соответствии с требованиями трудового законодательства и нормативных актов, регламентирующих отдельные вопросы занятости населения;
д) в порядке оказания услуг по гражданско-правовым договорам.


§ 1. О доказательственном значении выводов эксперта-полиграфолога по уголовному делу

1.1. При расследовании преступлений полиграф может быть использован при проведении оперативно-розыскных мероприятий в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Такого рода мероприятия проводятся по поручению следователя оперативными сотрудниками, как правило, негласно. Полиграфолог не ведет видеозапись исследования. Справку по результатам исследования отдает оперативному сотруднику, который сообщает итоги проверки следователю. В этом случае полиграфолог может быть допрошен следователем в качестве «свидетеля под псевдонимом». Впоследствии судья без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства.

В то же время Уголовно-процессуальный кодекс РФ позволяет гласно вовлекать полиграфологов в уголовное судопроизводство в статусе эксперта (ст. 57) или специалиста (ст. 58).

По общему правилу, когда для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, необходимы специальные знания (знания из любых областей, кроме юриспруденции), следователь или судья вправе назначить того, кто такими знаниями обладает, экспертом или специалистом. Заключение и показания эксперта, заключение и показания специалиста являются самостоятельными доказательствами по уголовному делу.

Согласно ч. 2 ст. 195 УПК РФ, судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами, но может быть поручена иным лицам, обладающим специальными знаниями.

В связи с этим применительно к практике производства судебной психофизиологической экспертизы с применением полиграфа (далее – СПФЭ) возникает научная проблема, имеющая важное прикладное значение. Необходимо каким-то образом конкретизировать область знаний, используемых полиграфологами, чтобы следователь или судья могли по формальным признакам оценить компетентность того человека, кого они назначают экспертом.

1.2. Получение информации всегда предполагает работу с ее материальным носителем. Сведения, сообщаемые людьми (в том числе участниками уголовного судопроизводства) в этом смысле исключением не являются. Однако ситуация межличностного общения весьма специфична, поскольку существует так называемая психофизиологическая проблема. В науке нет ответа на вопрос о соотношении психических и физиологических процессов, протекающих в организме человека в связи с получением, сохранением и воспроизведением какой-либо информации.

За десятилетия проведения проверок на полиграфе во многих странах мира было накоплено значительное количество эмпирического материала, свидетельствующего об эффективности его применения. Предложено множество теорий, отражающих попытки ученых и практиков описать природу выявляемых таким образом психофизиологических реакций.

Как известно, в начале XXI века по ходатайству Министерства энергетики США под патронажем Национальной академии наук по заданию Правительства США был сформирован Комитет по исследованию научной обоснованности полиграфа. Результатом фундаментального анализа практически всех аспектов проблемы, проводившегося 19 месяцев, стал вывод о том, что теоретическое обоснование применения полиграфа является достаточно слабым, а различные теории оправдывают свое существование в различных ситуациях.

Объективное недопонимание сути какого-либо феномена не может быть причиной отрицания его научной состоятельности. На практике редко встречаются ситуации, когда сначала проясняется механизм явления, а потом на основе полученных данных формируется прикладной метод. Поэтому наличие устойчивой (не детерминированной, а вероятностной) причинно-следственной связи между психическим процессом и физиологическими реакциями можно уверенно использовать в качестве базовой теоретической предпосылки эффективного применения полиграфа для решения множества прикладных задач (в том числе судебно-экспертных).

Явления, лежащие в основе психофизиологических реакций человека, имеют сложную природу. Это обусловливает необходимость одновременного использования при проведении проверок на полиграфе специальных знаний сразу из нескольких областей - из психологии, физиологии и криминалистики. Можно говорить о формировании новой междисциплинарной области знания. В России она получила наименование «полиграфология».

Полиграфология – это система знаний о научно-методических основах, технических, организационных и правовых условиях проведения психофизиологического исследования с применением полиграфа в целях диагностики информационного состояния субъекта в рамках судопроизводства, оперативно-розыскной, трудовой и служебной деятельности.

1.3. При производстве СПФЭ следует разграничивать цель назначения экспертизы с позиции инициатора ее производства (следователя или судьи) и задачу познавательной деятельности эксперта-полиграфолога в ходе проводимого им исследования.

На первоначальном этапе расследования преступлений, собирая доказательства, следователь получает показания потерпевших, подозреваемых, обвиняемых, свидетелей. Люди не всегда говорят правду. Лжесвидетельство - распространенное явление. Во всех странах мира следствие и суд сталкиваются с необходимостью проверки достоверности показаний участников уголовного судопроизводства.

Из криминалистики и юридической психологии известно, что человек, вызванный на допрос, может находиться в одном из четырех состояний:

а) обладает нужной следователю информацией, желает и может достаточно объективно и полно изложить ее;

б) обладает нужной информацией, желает ее сообщить, но в силу разных причин неумышленно искажает в общении со следователем;

в) обладает информацией, может передать ее, но не желает этого делать;

г) информацией не обладает, однако следователь ошибочно полагает обратное, пытаясь добиться развернутых показаний.

Задача полиграфолога - определить, в каком состоянии находится участник судопроизводства, который дает показания по делу. Иными словами, в ходе тестирования с применением полиграфа эксперт-полиграфолог проводит диагностику информационного состояния субъекта.

С помощью полиграфа мы «визуализируем» некоторые физиологические корреляты протекания психических процессов, связанных с восприятием, закреплением, сохранением и последующим воспроизведением человеком информации о каком-либо событии, интересующем следствие и суд.

Сначала полиграфолог актуализирует образы, хранящиеся в памяти обследуемого, прежде всего (но не только) за счет предъявления стимулов, в определенном порядке подобранных и систематизированных. Затем изучаются выраженность, устойчивость, соотношение реакций на стимулы. Используя различные системы оценки зарегистрированных данных, полиграфолог может выделить совокупность стимулов, значимых для человека.

В зависимости от того, что это будут за стимулы и какая методика использовалась в ходе тестирования на полиграфе, эксперт-полиграфолог может утвердительно или отрицательно ответить на вопрос: Выявляются или нет в ходе исследования реакции, свидетельствующие о том, что субъект располагает информацией о каком-либо событии (его деталях)?

Таким образом, на основе анализа реакций на стимулы полиграфолог формулирует свою (экспертную) версию относительно информированности обследуемого лица о случившемся. Он также вправе высказать суждение о возможных обстоятельствах получения человеком информации о событии (вероятности ее получения непосредственно в момент события).

1.4. Сообщая инициатору СПФЭ сведения о том, является или нет человек носителем информации о конкретном событии (его деталях), мы должны помнить, что полиграфолог имеет ограниченный арсенал средств для проведения экспертного исследования. Современной уровень развития науки не позволяет путем регистрации и анализа психофизиологических реакций человека в ответ на предъявляемые стимулы конкретизировать информацию, которой он обладает. Механизмы памяти пока до конца не изучены.

С учетом особенностей решаемой задачи в контексте ситуации, в которой проводится исследование, определяемая с помощью полиграфа значимость конкретных стимулов может иметь разную природу. Она может свидетельствовать не только о лжи при ответах на соответствующие вопросы, но и об узнавании человеком отдельных деталей вне связи с событием преступления, о наличии у него какой-либо неудовлетворенной актуальной потребности и т.п.

Даже тогда, когда субъект лжет, надо учитывать, что в психологии принято разграничивать заведомую ложь (лживое сообщение) и добросовестное заблуждение (ложное сообщение). В первом случае лжесвидетель осознает, что высказывание не отражает реальные факты, и намеренно его озвучивает. Во втором – человек действует непредумышленно. Он не знает, что сообщаемая им информация не соответствует действительности.

Независимо от того – ложные или правдивые сведения участник судопроизводства сообщает по делу, его состояние непрерывно меняется под действием множества объективных и субъективных факторов. Посредством полиграфа регистрируются внешние признаки изменения психофизиологического состояния организма. Полиграфолог не может быть уверен в том, что всякий раз, предъявляя стимул, имеет дело с реакцией на него. При проведении СПФЭ значение имеет не вопрос сам по себе (и реакция при его предъявлении), а сложный комплекс «вопрос – ответ на него – общий контекст ситуации». В ходе тестирования на полиграфе на субъекта оказывает влияние широкий круг обстоятельств, так или иначе относящихся к процедуре.

1.5. Сегодня в заключениях российских полиграфологов, назначаемых экспертами по уголовным делам, часто встречается ошибка, известная в логике как «мнимое следование». Она возникает, когда от­сутствует логическая связь между тезисом (выводом) и аргументами, его обосновывающими. Полиграфологи допускают ее в следующих ситуациях.

А. Если при ответах участника уголовного судопроизводства на контрольные вопросы тестов (вопросы сравнения) были выявлены психофизиологические реакции, превышающие по степени выраженности его реакции при ответах «нет» на проверочные (релевантные) вопросы.

В этом случае полиграфолог может выдвинуть версию о том, что человек располагает информацией, согласующейся с ранее сообщенной им по делу (в той части, что охватывается проверочным вопросом). Однако нельзя подменять вывод об отсутствии реакций на проверочные вопросы выводом о выявлении реакций, свидетельствующих о том, что человек располагает информацией, которую сообщал ранее.

Грамотно сформулированный вывод будет звучать так: в ходе исследования не было выявлено реакций, свидетельствующих, что субъект располагает информацией, противоречащей той, что была сообщена им ранее.

Б. Желая поддержать одну из сторон (в силу разных причин, в том числе из-за восприимчивости к чужому горю), некоторые полиграфологи пишут, что «психофизиологические реакции, выявленные в ходе тестирования на полиграфе, согласуются с информацией», ранее сообщенной субъектом по делу.

В действительности реакции являются индикаторами, позволяющими диагностировать информационное состояние участника судопроизводства посредством многоступенчатого анализа и системы оценок. Специфика проведения исследований с применением полиграфа заключается в том, что при формулировании выводов непосредственно показания прибора не используются. Они отражают лишь состояние и динамику физиологических процессов человека и не содержат никакой другой информации, которая могла бы прямо указывать на достоверность или недостоверность утверждений субъекта, тем более, на характер сведений, которыми он обладает.

В. Зачастую при отсутствии выраженных устойчивых психофизиологических реакций на проверочные вопросы тестов, предъявленных участнику судопроизводства, полиграфологи делают вывод об отсутствии в его памяти образов, сформировавшихся в связи с исследуемым событием.

Считать отсутствие реакций на проверочные вопросы тестов доказательством невиновности заподозренного в совершении преступления недопустимо. Это грубая ошибка. В экспериментальной психологии принято различать «доступность» и «присутствие» следов в памяти. В ходе тестирования с применением полиграфа невозможно установить, был ли «след окончательно потерян» либо не был найден признак события (не был сформирован надлежащий стимул, задан соответствующий вопрос), который позволил бы человеку воспроизвести искомую информацию.

В данной ситуации полиграфолог объективно лишен возможности вынести какое-либо суждение относительно информированности человека о событии, послужившем поводом для проведения исследования, и обстоятельствах получения интересующей следствие информации.         

1.6. В науке принято разграничивать «истинность» и «достоверность» знаний и суждений на них основанных. Истинность характеризует отношение знания к отражаемому объекту, их соответствие друг другу, а достоверность - доказанность знания. Истинность гипотезы, соответствующей действительности, изначально не вызывает сомнений. Но чтобы стать достоверным знанием она должна быть доказана.

Это касается не только философии, но и юриспруденции.

Знание, полученное в ходе расследования преступления, закрепленное в доказательствах, положенных в основу приговора, тоже можно охарактеризовать с двух сторон. Во-первых, применительно к каждому из доказательств с точки зрения его обоснованности (в категориях «вероятность» и «достоверность»). Во-вторых, с точки зрения соответствия или несоответствия полученных доказательств действительности (в категориях «истинность» и «ложность»).

Вероятность виновности обвиняемого может быть высо­ка, хотя на самом деле он не виновен. Вероятность ви­новности обвиняемого может быть крайне низка, а в действительности он виновен. Когда речь идет о действиях и фактах, имевших место в прошлом, вероятность самой высо­кой степени может быть так же далека от истины, как и вероятность самой низкой степени.

Подобные ситуации известны полиграфологам всех стран мира как ложноположительная («ложная тревога») и ложноотрицательная («пропуск цели») ошибки. Однако не многие задумываются над вопросом: кто именно на практике совершает такого рода ошибки и несет за них ответственность.

1.7. Когда полиграфолог формулирует вывод в категориях «ложь обнаружена» или «ложь не обнаружена» он необоснованно принимает на себя риски, связанные с ложноположительными и ложноотрицательными ошибками. На самом деле это не так.

Содержащиеся в заключении эксперта выводы – это умозаключения, сделанные им по итогам исследований на основе предоставленных или выявленных сведений об исследуемом объекте и общих научных положений соответствующей отрасли знаний. Выбирая форму вывода (категорический положительный, категорический отрицательный, вероятный), эксперт с учетом качества и количества исходных данных на основе своих специальных знаний сам оценивает его обоснованность по результатам проведенного исследования.

Если в ходе процедуры эксперт-полиграфолог действовал в соответствии с имеющимися научно-методическими стандартами, ему не в чем себя упрекнуть. Отдельно взятый специалист не несет ответственность за те ограничения, что объективно связаны с использованием психофизиологического метода «детекции лжи». Он действует в пределах своей компетенции, опираясь на информацию (не всегда полную и достоверную), предоставленную следователем (судом) и участниками судопроизводства.

Именно поэтому для следователя и судьи заключение любого эксперта является лишь частной экспертной версией. Категорический вывод полиграфолога «ложь обнаружена» или «ложь не обнаружена» - не более чем его субъективное мнение, которое может не совпасть с мнением коллег. При назначении повторной экспертизы они могут прийти к диаметрально противоположным выводам.

Заключение эксперта, как доказательство, подлежит независимой оценке, которую по УПК РФ осуществляют следствие и суд. Вне зависимости от степени обоснованности выводов эксперта, в силу разных причин, его заключение может быть признано недопустимым доказательством.

1.8. Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ, каждое доказательство оценивается с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

В данном случае «достоверность» - это качество доказательства, характеризующее точность, правильность отражения обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Достоверность доказательства проверяется путем его сопоставления с другими доказательствами по делу. Обнаружение противоречивых, взаимоисключающих сведений говорит о недостоверности каких-либо доказательств.

Показания участника процесса, противоречащие установленным фактам, являются недостоверными, независимо от причин, по которым человек сообщил информацию, не соответствующую действительности.

Лжет человек умышленно или же добросовестно заблуждается, важно понять при квалификации некоторых преступлений. Характерный пример — преступления против правосудия (например, заведомо ложный донос).

В отличие от уголовного права, с точки зрения уголовно-процессуального права показания участника судопроизводства, содержащие недостоверную информацию, априори являются недопустимым доказательством. В этом случае вывод эксперта-полиграфолога «ложь не выявлена» по итогам проверки искренне заблуждающегося участника процесса не имеет никакого доказательственного значения.

Анализируя собранные по делу доказательства, следователь и суд в силу разных причин могут принять те из них, которые не отражают обстоятельства, имевшие место в действительности. Не полиграфологи, а судьи во всех странах мира при вынесении приговоров неизбежно совершают ложноположительные и ложноотрицательные ошибки. Все зависит от того, какие доказательства по делу удалось получить следствию и суду. 


§ 2. История проведения судебных экспертиз с применением полиграфа в России

Применение полиграфа в России при решении задач обеспечения государственной безопасности было легализовано в 1975 г. В ходе раскрытия и расследования преступлений прибор официально используется с 90-ых годов прошлого столетия. В тот же период началась ведомственная подготовка полиграфологов.

Становление экспертизы с применением полиграфа началось в 1996 году. В Научно-исследовательском институте № 2 Управления научно-технического обеспечения ФСБ России (в настоящее время - Институт криминалистики Центра специальной техники ФСБ России, далее – Институт криминалистики) была организована подготовка экспертов-полиграфологов. В 2000–2001 годах сотрудники Института криминалистики участвовали в производстве комплексных психолого-психофизиолого-психиатрических и психолого-психофизиологических экспертиз. С 2002 г. они проводят СПФЭ в качестве самостоятельного вида экспертизы.

В октябре 2002 года под эгидой Учебно-методического объединения образовательных учреждений профессионального образования в области судебной экспертизы (базировалось в Саратовском юридическом институте МВД России), была начата работа по изучению возможностей и перспектив становления новых экспертных специальностей, связанных с внедрением методов психологии и психофизиологии не только в оперативно-розыскную, но и в следственно-судебную деятельность.

В ходе этой работы при поддержке управления криминалистики Генеральной прокуратуры РФ, отдела криминалистки Генеральной прокуратуры Украины, управления судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции России, департамента экспертного обеспечения правосудия Министерства юстиции Украины в 2003–2004 годах проводилось анкетирование сотрудников правоохранительных органов, экспертов двух стран, а также полиграфологов России. В анкетировании приняли участие более 1500 человек. Выяснялось мнение по ряду дискуссионных вопросов, связанных с использованием полиграфа в судопроизводстве. Результаты анкетирования свидетельствовали в пользу внедрения психофизиологических исследований с применением полиграфа в следственную и судебную практику как инструментального метода получения процессуально значимой информации.

Было решено сформировать рабочую группу по подготовке проекта программы обучения экспертов-полиграфологов. Государственные требования к минимуму содержания и уровню требований к специалистам для получения дополнительной квалификации «Судебный эксперт по проведению психофизиологического исследования с использованием полиграфа» были утверждены заместителем Министра образования РФ и введены в действие приказом Министерства образования Российской Федерации от 8 апреля 2004 г. № 1547 (объем Программы 1078 учебных часов). Таким образом, в России был сделан важный шаг по пути унификации подготовки экспертов-полиграфологов, организации ее не на ведомственном, а на принципиально ином – общегосударственном уровне.

В 2003–2004 гг. СПФЭ проводились в Саратовской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции РФ.

В 2004 году к производству СПФЭ приступили в 111 Центре судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны РФ (в настоящее время – 111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны России).

В январе 2005 года первый специалист-полиграфолог появился в штате Экспертно-криминалистического центра при ГУВД г. Москвы.

Информационное письмо прокуратуры г. Москвы. «О проведении психофизиологических экспертиз» (исх. № 28-05/06-05 от 16 ноября 2005 г.) положило начало производству нового вида экспертизы на базе негосударственных экспертных учреждений.

С марта 2006 года по инициативе руководства МВД по Республике Татарстан (по согласованию с руководством ЭКЦ МВД России) в ЭКЦ МВД по Республике Татарстан было начато производство психофизиологиче­ских экспертиз с применением полиграфа.

В 2005–2006 гг. управление криминалистики Генеральной прокуратуры РФ провело обобщение практики применения полиграфа по уголовным делам. По итогам было подготовлено и направлено на места письмо Генеральной прокуратуры Российской Федерации «Обобщение практики использования возможностей полиграфа при расследовании преступлений» (исх. № 28-15-05 от 14 февраля 2006 г.). В письме отмечалась эффективность использования полиграфа в борьбе с преступностью.

В 2009 году СПФЭ стали проводить специалисты-полиграфологи территориальных подразделений криминалистики Следственного комитета при прокуратуре РФ (в настоящее время – Следственный комитет РФ). В 2009—2010 годах ими были подготовлены свыше 2500 заключений специалиста и эксперта, в 2014 году — около 10000, в 2016 году — свыше 11000 (включая 3138 заключений эксперта).

С 2010 года экспертизы с применением полиграфа проводились в Экспертно-криминалистическом управлении Федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков вплоть до ее упразднения в 2016 году.

Согласно Приказу МВД России от 18.01.2017 № 15 в Приказ МВД России от 29.06.2005 № 511 «Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации» были внесены изменения. Перечень родов (видов) судебных экспертиз, производимых в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, был дополнен п. 19.1. Психофизиологическое исследование в отношении лица с применением полиграфа.

В настоящее время в ЭКЦ МВД России проводится научно-исследовательская работа по теме «Порядок назначения и проведения психофизиологических экспертиз и исследований с применением полиграфа в системе МВД России». Итогом в 2018 году должны стать методические рекомендации по проведению СПФЭ в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации.

Таким образом, можно констатировать, что на сегодняшний день в России сложилась система методического обеспечения производства исследований и экспертиз с применением полиграфа. Эксперты-полиграфологи не отрицают факт существования психофизиологической проблемы. Они осознают ограниченные возможности использования заключений экспертов-полиграфологов в доказывании по уголовным делам.

Именно это позволяет полиграфологам России в судах успешно отстаивать экспертную версию относительно осведомленности (неосведомленности) участника уголовного судопроизводства об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Начиная с 2010 года, ежегодно в среднем около 200 заключений полиграфологов используются в совокупности с другими доказательствами при вынесении приговоров (в том числе оправдательных) по уголовным делам.


Вместо послесловия

Авторы статьи были участниками 50-го семинара Американской ассоциации полиграфологов, состоявшегося в г. Чикаго (Иллинойс, США) в конце августа – начале сентября 2015 года.

В своем выступлении, посвященном правовым аспектам использования в суде результатов проверок на полиграфе, м-р Гордон Л. Воон ссылался на решения судов, которые принимали во внимание мнение полиграфологов исключительно при наличии видеозаписи. Это свидетельствует о близости профессиональных позиций американских и российских специалистов.

 Во главу угла в ситуации использования полиграфа в ходе расследования и профилактики преступлений должна быть поставлена недопустимость ущемления прав и свобод человека и гражданина. Лишь при условии соблюдения научно-обоснованных и апробированных практикой стандартов применения полиграфа, заключение эксперта-полиграфолога может быть признано допустимым доказательством по уголовному делу.

 

Пристатейный библиографический список 

1.      Баев О.Я. Тактика следственных действий: учебное пособие. Воронеж: Изд-во ВГУ, 1992.

2.      Енгалычев В.Ф., Кравцова Г.К., Холопова Е.Н. О возможности производства судебной психологической экспертизы по выявлению признаков достоверности / недостоверности информации, получаемой от участников уголовного судопроизводства // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2017. № 3 (32). С. 240-241

3.      Комиссарова Я.В. Основы полиграфологии: учебник для магистров. М.: Проспект, 2016.

4.      Комиссарова Я.В. Профессиональная деятельность эксперта в уголовном судопроизводстве: теория и практика. М.: Юрлитинформ, 2014.

5.      Овсянников И.В. Категория вероятности в судебной экспертизе и доказывании по уголовным делам: дис. … докт. юрид. наук. М., 2001.

6.      Орлов Ю.К. Судебная экспертиза как средство доказывания в уголовном судопроизводстве. М.: Институт повышения квалификации Российского федерального центра судебной экспертизы, 2005.

7.      Пеленицын А.Б., Сошников А.П. О научной обоснованности применения полиграфа // Эксперт-криминалист. 2011. № 2. С. 12-15.

8.      Семёнов В.В., Иванов Л.Н. Правовые, тактические и методические аспекты использования полиграфа в уголовном судопроизводстве: учебное пособие. М.: Юрлитинформ, 2008. 


Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2017. № 6 (35). - С 363-371.


Оставить комментарий

Создание сайта: Media Masters Group